Замечали ли вы, что многие семейные ссоры протекают будто по сценарию? Мы конфликтуем по разным поводам, но подспудная причина остается неизменной. Какие скрытые силы втягивают нас в повторяющиеся конфликты и как поставить эту заевшую пластинку на «стоп»? В издательстве «Альпина Паблишер» вышла книга психолога и переговорщика Дэниэла Шапиро «На эмоциях: как улаживать самые болезненные конфликты в семье и на работе», в которой подробно разработана эта тема. Публикуем отрывок из книги.

В комедии «Новые времена» Чарли Чаплин, еле передвигая ноги от усталости, возвращается домой в свою развалившуюся лачугу, и на пороге деревянная балка со всего размаху падает ему на голову. Одна и та же сцена повторяется ежедневно: Чаплин шаркающей походкой входит внутрь, закрывает дверь — и получает удар по голове. В один прекрасный день герой заходит внутрь, а балка остается на месте. В смятении он поднимает глаза наверх, потом снова открывает дверь и с силой ее захлопывает. Балка обрушивается на его голову. Вот теперь можно идти и заниматься привычными делами.

Пример Чаплина демонстрирует действие одной из самых мощных сил, которая втягивает нас в конфликт: навязчивое повторение. Под ее давлением мы вынуждены снова и снова воспроизводить, как по шаблону, одно и то же поведение. Предмет спора может меняться — сегодня вы не согласны с тем, как ваш муж или жена распоряжается семейным бюджетом, а завтра начинаете выяснять отношения из-за домашних обязанностей. Но подспудная причина противостояния всегда остается неизменной — и выводит из себя.

Пожалуй, самое неприятное то, что сила, толкающая к навязчивому повторению, подстегивает бессознательно воссоздавать обстановку, которая приводит к возобновлению конфликта. Ведомые неодолимой страстью заново переживать боль прошлого, мы начинаем вредить сами себе и достигаем в этом больших успехов, убеждая себя, совсем как Чаплин, что нам необходимо, чтобы балка в очередной раз стукнула нас по голове.

Но откуда берется склонность к такому поведению? И еще более важный вопрос: как его изменить?

Анатомия навязчивого повторения

Я определяю навязчивое повторение как дисфункциональный образец поведения, который вынужденно воспроизводится снова и снова. Это более сложная разновидность привычки. Последняя зарождается, когда стимул производит желаемую реакцию (например, вам захотелось кофе — вы машинально заходите в кафе и заказываете чашку кофе; стимул произвел желаемую реакцию — и не успели вы глазом моргнуть, как уже не мыслите жизни без крепкого эспрессо). Навязчивое повторение глубже проникает в психику, вынуждая вновь и вновь делать то, что вы на самом деле не хотите. Мы невольно становимся сами себе врагами, бессознательно проживая очень давний сценарий поведения — в полной уверенности, что он является результатом нынешних обстоятельств.

Чтобы освободиться от навязчивого повторения, важно сначала понять, почему оно искажает наше восприятие во время конфликта.

Во-первых, имеет место глубокая душевная травма. Когда нашу идентичность грубо попирают, будь то прямая агрессия, плохое обращение или трагическая перемена в жизни, произошедшее оставляет незаживающую рану в душе.

Возьмем случай моей подруги Джен. Когда ей было семь лет, ее отец ушел из дома и больше не вернулся. Его уход глубоко ранил девочку, и шрамы долго не заживали. Каждый раз, играя на улице с друзьями, она ежеминутно устремляла взгляд вдаль, надеясь, что отец появится за поворотом. Он так никогда и не появился.

Во-вторых, мучительные эмоции изгоняются в бессознательное. Вы запираете душевные переживания в тюрьме на окраине своего разума, в надежде никогда больше не иметь с ними дела.

Когда я познакомился с Джен, ей исполнилось 30 лет, но уход отца по-прежнему оставался самым болезненным событием в ее жизни. Тем не менее, она никогда не испытывала желания пройти курс психотерапии и редко обсуждала свое детство с друзьями, предпочитая держать тоску, стыд и ярость в темнице бессознательного и притворяться, что их не существует.

В-третьих, вы жадно ищете любой предлог, чтобы воссоздать эмоциональную травму.

Хотя Джен и подавляла свои эмоции, они отказывались сидеть смирно в глубинах ее психики. Они колотили в стены, били по потолку и кричали без остановки. Каждый раз, когда она оказывалась в конфликтной ситуации, хотя бы отдаленно напоминавшей уход отца, Джен автоматически обращалась к единственному известному ей опыту прошлого. Несмотря на явные доказательства обратного, она твердила себе, что муж в конце концов бросит ее, начальник уволит, а лучшая подруга откажется от их дружбы. Раз за разом Джен занимала позицию покинутой жертвы. Мучительные воспоминания детства то и дело всплывали в памяти, и даже не связанный с ними спор развивался по сценарию, который был до боли знаком.

В-четвертых, вы инстинктивно пытаетесь облегчить душевные муки. Самый действенный способ справиться с неприятными эмоциями — извлечь их из бессознательного и честно, шаг за шагом, проработать. Но нам страшно посмотреть в глаза своей боли.

Навязчивое повторение предлагает обходной путь — это попытка справиться с эмоциями, не встречаясь с ними лицом к лицу. Однако такой способ малоэффективен, так как навязчивое повторение сковывает свободу действий. С одной стороны, этот поведенческий сценарий подталкивает, не задумываясь, выплеснуть мучительные эмоции, заново прожив ту, изначально ранившую ситуацию, — в надежде, что на этот раз нам удастся «починить» застарелую травму.

Каждый раз, когда муж Джен отправлялся в деловые поездки, она чувствовала себя бесконечно одинокой и, когда он возвращался, искала повод для ссоры с несвойственной ей яростью, в тайной надежде, что на этот раз сможет выйти из положения победителем. Но, разумеется, чем больше Джен кричала, тем сильнее отдалялся от нее муж, то есть она сама раз за разом провоцировала его уход, которого так страшилась.

С другой стороны, при навязчивом повторении мы всеми силами избегаем ситуаций, в которых подавляемые эмоции могут вырваться на свободу.

Например, Джен зорко следила за тем, чтобы не оказаться брошенной. Убедив себя, что такая опасность реальна, она предпринимала упреждающие меры, отдаляясь прежде, чем другая сторона дистанцируется от нее. Результат такого поспешного самоустранения был предсказуем: друзья чувствовали себя отвергнутыми — и покидали ее. Иначе говоря, Джен снова воспроизводила знакомый сценарий ухода, который изначально пыталась взять под контроль.

Хотя навязчивое повторение сильно действует на нервы (вы сознаете, что сами себе вредите, но не можете остановиться), в некотором смысле у этого расстройства поведения благие цели и без него невозможен процесс заживления душевных ран. Таким способом сознание спрашивает: «Я действительно хочу снова переживать старую боль?». В итоге именно этот вопрос дает силы положить конец навязчивому повторению.

Препятствия на пути к свободе

При навязчивом повторении происходит подмена эмоций — вместо того чтобы реагировать на ситуацию здесь и сейчас, мы обращаемся к давнему конфликту и чувствуем то, что переживали тогда, в полной уверенности, что нынешние разногласия продиктованы только нынешними обстоятельствами. Способность отличать прошлое от настоящего исчезает — «система чувств» дает сбой, лишая возможности адекватно реагировать на окружающую реальность. Мы убеждены, что наши чувства вызваны текущим моментом, в то время как на самом деле заново проживаем прошлое.

В ответ на угрозу идентичности возникает тревога — и тут в дело вступает навязчивое повторение. Его цель — уменьшить напряжение. Такое впечатление, будто невидимый кукловод управляет нашими эмоциями, а мы беспомощно наблюдаем за происходящим. Чувства воспринимаются как объективная реальность вне нашего контроля, они притягивают нас к себе, словно «роковое пламя».

С Джен и Марком случилось именно это. Несколько раз они предпринимали попытку поговорить о своих проблемах, выслушать друг друга и обсудить варианты выхода из тупика, вместо того чтобы поддаваться обычной вражде. Но даже когда удавалось решить какой-нибудь спор полюбовно, каждого, по их собственному признанию, тянуло на привычную дорожку и в душе оставалось ноющее чувство неудовлетворенности, как будто они не закончили какое-то дело. Навязчивое повторение звало их обратно, в замкнутый круг хорошо знакомых слов и поступков.

Как вырваться на свободу

Ссора обычно вспыхивает, когда мы чувствуем, что к нам относятся без должного уважения (заставляя испытать беспомощность, страх отвержения или потери) либо, скажем, наносят удар по самолюбию. Эти эмоции носят глубоко личный характер и выходят за рамки текущего конфликта. Вот почему вне зависимости от обсуждаемых вопросов, будь то проблемы границ или процесс бюджетирования, один взгляд, брошенный свысока, способен спровоцировать сильнейшую реакцию.

Чтобы обнаружить глубинную эмоциональную причину, из-за которой мы конфликтуем, необходимо обратить внимание на приметы неадекватного поведения, которое вы постоянно воспроизводите в конфликте (чрезмерный гнев, страх, избегание), и попытаться выяснить его скрытые причины.

Такой причиной может быть страх:

  • быть брошенным;
  • ощутить себя неважным, ничего не значащим;
  • почувствовать отчуждение;
  • оказаться в положении, когда к вам относятся свысока;
  • впасть в зависимость;
  • лишиться воли;
  • ощутить удар по мужскому самолюбию;
  • быть отвергнутым;
  • почувствовать себя пустым, никчемным;
  • оказаться в подчинении;
  • оказаться втянутым в неприятности;
  • быть использованным;
  • почувствовать себя беспомощным;
  • стать слабым;
  • почувствовать себя неполноценным;
  • ощутить себя бесполезным.

Определив, какая именно проблема делает вас уязвимым и толкает нападать и защищаться, попробуйте «вывести из игры» посторонние чувства — те, что порождены душевными ранами прошлого. Представьте, что ваш спор — это футбольный матч и на поле разрешается быть только двум командам: вашей и вашего оппонента. Если появляются «игроки из прошлого» — вы чувствуете себя отвергнутым, брошенным, неполноценным, отправляйте их обратно на скамейку зрителей. Они исключены из сегодняшнего противостояния. У них есть право наблюдать за игрой, но не участвовать в ней.

Джен признала, что давала волю своему страху оказаться брошенной каждый раз, когда Марк уезжал в командировку, и поклялась лучше себя контролировать. Теперь, когда Марк возвращался домой из поездки, оба знали, что им предстоит приложить немало усилий, чтобы избежать цикла раздора. Джен подчинила себе эмоции, отделив боль прошлого (уход отца) от ощущения полного одиночества во время командировок мужа. Вместо того чтобы скандалить, теперь она говорила себе так: «Командировки Марка кормят нашу семью, — говорила она себе. — Уход моего отца — совсем другое дело». Время, терпение и настойчивая работа над собой помогли Джен свести на нет навязчивое повторение.

Залечите душевные раны

Джен нашла эффективный способ справиться с раной прошлого: она осознала свой страх оказаться брошенной и игнорировала его в спорах с Марком, — так ей удалось вырваться из плена навязчивого повторения. Но рана по-прежнему ныла, так как Джен все еще хранила в душе сильное чувство обиды на отца. Чтобы победить боль и полностью восстановить власть над своими чувствами, ей нужно было проработать свою эмоциональную травму.

Этот процесс требует непреклонной воли и храбрости. Он может быть выполнен при поддержке близкого друга, психотерапевта или даже с помощью терапии творчеством (путем ведения дневника, рисования или игры на музыкальном инструменте). Если вы чувствуете готовность погрузиться в свою боль, чтобы освободиться от нее, вот несколько советов, с чего начать.

Шаг 1. Выясните глубоко личную причину, которая систематически провоцирует сильные эмоции, такие как страх быть отвергнутым, брошенным или чувство неполноценности.

Шаг 2. Определите источник проблемы.

Когда могла зародиться в вас болезненная реакция на отвержение или страх оказаться в подчинении? Начните с воспоминаний детства. Когда вы впервые стали так себя чувствовать? Конечно, наша уязвимость не всегда бывает связана с ранними годами жизни. Если пришлось пережить измену мужа или жены, не просто бывает снова кому-то довериться.

Шаг 3. Исследуйте болезненные чувства, связанные с душевной травмой.

Джен больше всего мучил страх оказаться брошенной. В разговорах с надежным другом она занялась болезненным процессом вскрытия раны в попытке понять и принять свои чувства. Ей было страшно вступать в это эмоциональное пространство, поэтому она разрешила себе входить туда и выходить, когда пожелает. Потом она осталась наедине со своим страхом оказаться брошенной, перечислила связанные с ним основные эмоции и попыталась записать послание, которое несла ей каждая. Она разбиралась с яростью, неверием в собственные силы и страхом близости, и в конце ее ждал вопрос, полный стыда: «Разве я стою любви?». Она хранила в себе все эти тяжкие чувства больше двух десятилетий, но теперь настало время сбросить душевный груз.

Шаг 4. Отпустите боль.

Для этого требуется проявить волю и приложить сознательные усилия. После того как вы «услышите» боль, вы будете готовы отпустить ее: она сказала то, что должна была сказать.

Джен поняла, что сама может выбрать, продолжать ли тащить на плечах груз страха оказаться брошенной, — и решила отпустить его. Процесс стоил ей мучительных переживаний, но принес очищение.

Шаг 5. Превратите свою рану в источник силы.

Шрамы, нанесенные отцовским уходом, останутся с Джен навсегда, невзирая на то что она освободилась от боли детских воспоминаний. Но она отказалась считать себя жертвой прошлого и переосмыслила свой детский опыт, дав себе слово всегда оставаться маяком любви для своей собственной семьи и друзей и никогда не бросать в беде друга или родственника.

Подводя итоги

Навязчивое повторение рождается из страха — страха открыть ящик Пандоры и выпустить на свет эмоции. Эти эмоции настолько болезненные и тяжелые, что мы предпочли, по сути, запереть их под замок. Однако, хотя эта модель поведения и позволяет ненадолго отложить час расплаты с запертыми в глубине психики кровоточащими чувствами, очень скоро мы поддаемся искушению навязчивого повторения и возвращаемся к ним, снова и снова ввязываясь в один и тот же разрушительный конфликт. Кажется, у нас не остается пространства для маневра — как будто в нашем распоряжении только один, заранее определенный набор знакомых эмоций и стандартных реакций. Страх вызывает оцепенение, и вера в то, что мы способны изменить положение вещей, слабеет.

Но ситуация не безнадежна. Под маской любого страха прячется желание быть услышанным. Несмотря на всю свою разрушительную силу, навязчивое повторение несет послание надежды. Оно свидетельствует о нашем стремлении освободиться от боли прошлого и содержит в себе источник перемен. Переосмыслив свою глубинную потребность, заставляющую постоянно вступать в один и тот же конфликт, — желание обрести близость взамен чувства покинутости, любовь взамен равнодушия, вы окажетесь на пути к тому, чтобы окончательно снять с себя заклятие принуждения.

©






Чтобы не пропустить новые статьи, подпишись на сайт:

Для подписки введите e-mail:




Смотрите также: